Максим Румянцев: Вся наша жизнь - игра!

Максим РумянцевМнения

Об авторе:
Максим Румянцев, директор типографии "Любавич" (Санкт-Петербург)

 

Недавно прочел хорошую мысль, что предпринимательство – это не кросс, а квест. На пути к своей цели в бизнесе надо не просто выкладываться, но и решать многочисленные задачки по ходу движения. Одну за другой. Одну за другой. Нон-стоп. Переходить на новый уровень, в новую стадию развития бизнеса, и опять решать задачки. Классная аналогия!

Но я поймал себя на мысли, что бизнесом занимаюсь уже 25 лет, а вот в реальном квесте ни разу не участвовал. Видимо, я считаю, это дело молодых, к коим себя не причисляю. И вот представился случай проверить теоретическую мысль на практике. Мы с директором типографии «Литас+» Олегом Федотовым поехали на автомобильный квест по Сланцевскому району Ленинградской области.

Питерская полиграфия, как я уже писал в прошлом блоге, многим отличается от российской. Еще и тем, что среди питерских полиграфистов много краеведов.

Привычный мир выходного дня директора – отдохнуть от суеты будней, расправить свои нервы в спокойной домашней обстановке. А еще лучше - с кружкой качественного пива. Но вместо этого нас, друзей-краелюбов, подняло ни свет ни заря и понесло по молодежной волне. Среди мотивов, которые меня выдвинули из привычного времяпрепровождения - посещение Сланцевского района. Этот район находится на самой окраине области, там мало достопримечательностей, и поэтому зигзаги судьбы туда обычно не заносят.

Мне как-то было неприятно, что я так «обижаю» эти места – их никогда не посещал, а тут нас попросили помочь этому мероприятию как полиграфических спонсоров. Мы всегда рады были помочь Евгению Невлеру, руководителю проекта «Петербургский краевед», организатору интересных краеведческих поездок. В данном случае он был инициатором этого автомобильного квеста.

Желающих оказалось 13 экипажей. Нам раздали задания – найти 50 мест, которые надо: где вычислить, решив какую-то задачку, где просто сфотографироваться, точно попав по точке на GPS-навигаторе, где записать какую-то информацию на объекте, в который надо попасть по описанию. На все путешествие дается 10 часов, проехать надо порядка 300 километров. Мы участвовали в таком заезде впервые, поэтому не были уверены, что выполним все задания, да и вообще доедем до финиша. Но раз взялся – дерзай!

* * *

Как-то в разговоре один поставщик расходных материалов поделился своим наблюдением, что в последнее время директора типографий перестали ныть. По поводу отсутствия загрузки, падения маржи и тому подобного. И не то, чтобы просто им это нытье надоело, а что-то в головах изменилось. Сконцентрировались что ли?..

Я подумал, что сам когда-то был первым «нытиком на деревне». Более того, когда о сложностях полиграфического предпринимательства стал писать статьи в отраслевую прессу, поимел имидж маргинала. Тогда, в начале прошлого десятилетия этот «пораженческий» месседж было в диковинку. Хотя объективно тогда и начался кризис перепроизводства в отрасли после шальных «девяностых». И все это знали, но было принято кричать на публику о собственных успехах. Мол, «мы растем», «улучшается наше качество и клиентоориентированность» и прочая. Но случился кризис 2008-го года, потом добавился отраслевой (интернет оттяпал большой кусок рынка), и нытье стало общим местом. А я перестал быть одиноким глашатаем проблем. Но имидж оригинала за мной закрепился.

И что? Эпоха нытья закончилась? Любопытно! При этом одновременно заметно выросло количество закрывшихся типографий. Не обанкротившихся, а именно осмысленно закрытых собственниками. В последние годы, если начать отсчет с «Цветпринта», таких прецедентов накопилось в нашем городе уже пять. Пяток питерских типографий! Это, если считать только тех, которые «на слуху».

Почему именно сейчас предприниматели перестали ныть и стали действовать? Что-то перещелкнуло в умах? Засучили рукава и занялись оптимизацией своего хозяйства? Как косвенный признак щелчка – стремительный рост популярности конференций про автоматизацию, лавинообразное предложение услуг различных коучей и онлайн-обучений. Видимо, начался новый, какой-то пока «туманный» этап бизнеса. А может, он совсем не туманный. Такая стадия уже, наверное, была. Но только в других сферах жизни и в другие времена… Вот мы это с Олегом, колеся по дорогам Ленобласти, и обсуждали.

* * *

Получилась у нас такая субботняя «игра в параллели»: сравнение судеб тех мест, которые проезжали, и родным печатным делом. Заодно и сами порефлексировали - как изменялся наш личный взгляд с учетом накопления личного жизненного опыта. В качестве затравки разговора я рассказал про то, что директора типографий перестали ныть. К чему бы это? Так что, если кому интересны наши наблюдения-рассуждения – читайте дальше. Зарисовка получилась не короткая.

* * *

Часть задачек квеста были простые. Например, доехать до такой-то деревни и в ее центре найти снегиря и сфотографироваться с ним. Оказалось, что этот «снегирь» нарисован на единственной в этой деревне автобусной остановке.

Щелк и едем дальше. Были мудреные задачки. Типа в одной из деревень вычислить номер дома, который равняется разнице даты расстрела белогвардейцев в этой деревне и даты рождения председателя колхоза, если к ним прибавить номер дома, на котором изображены кабаны. Оказалось, что дату расстрела белогвардейцев можно узнать на памятнике, который находится на окраине, дату рождения председателя колхоза выбита на мемориальной доске в центре, и вот осталось найти дом с кабанами. Это была одна из первых задачек, поэтому туда все участвующие в квесте машины приехали почти одновременно. И вот эти экипажи носятся по деревне туда-сюда, останавливаются, водители быстро выскакивают из машин, что-то записывают. Местные жители почуяли неладное и на всякий случай вызвали пограничников (благо до границы с Эстонией) рукой подать. Смешно! Но уму и сердцу такие задачки особенно ничего не дают.

* * *

Но были и объекты, будоражащие мысли и чувства. И первый из них – сам город Сланцы. Первая «точка» - в местном краеведческом музее. Там нам кратко рассказали историю города. Оказалось, что он – иллюстрация энтузиазма советских людей начала 1930-х годов. Тогда остро стоял вопрос отопления Ленинграда: «Газпрома» еще не было, уголь везти было далеко. С.М.Киров инициировал разработку горючих сланцев, объявил комсомольскую стройку, велел построить целый город для шахтеров. Появилось даже такое (потом не прижившееся) название «Ленбасс» по аналогии с Донбассом и Кузбассом. В музее висят фотографии молодых воодушевленных людей, которые поднимали Ленбасс, обеспечивали тепло городу Ленина. И в середине фотки – улыбающийся Киров. Завидно! К концу 80-х в городе проживало более сорока тысяч жителей. Сейчас – тридцать. Когда-то и мы, начиная свой бизнес, были молодые и воодушевленные… И не знали, что нас ждет впереди. Было просто интересно жить.

После музея, который находится в той части города, которая строилась в брежневские времена и вполне достойно выглядит, наши следующие задачки перенесли нас в «историческую» часть города. И вот тут мы увидели картину маслом. На центральной площади – огромный даже по питерским меркам Дворец культуры в стиле сталинского ампира. Когда-то он был традиционно для этого архитектурного стиля покрашен в радостную желтую краску. А сейчас - пустой, обшарпанный, заколоченный, с разбитыми окнами, с отвалившимися буквами «р» - «Двоец культуы». В стороны от него расходятся ровные улицы двухэтажных домов: когда-то красивых и совеременных, со своей эстетикой, с эркерами. А сейчас – такие же как «Двоец» облупленные, с остатками желтой краски. И никого народу. В середине субботы. Подъехал местный рейсовый автобус: из него вышел один пенсионер, другой вошел. Наша задача была найти на одном из подъездов хрестоматийную синюю металлическую табличку «Ваш почтовый индекс… Сообщите его всем, с кем ведете переписку». Мы ее не нашли. Но и так аксессуаров советской жизни насмотрелись.

Воскресла в мозгу картинка про то, что скоро и полиграфия может прийти в такое же состояние – один пенсионер меняет другого. Жизненный цикл детища Гутенберга находится на ниспадающей полуволне - очевидно. Но вроде как падение, испугавшее нас 10 лет назад, приостановилось, отраслевой апокалипсис отменили, молодежь стала подтягиваться. Надолго ли?

* * *

Наш путь по маршруту квеста продолжился в сторону бывших сланцевых шахт. Там надо было сделать фотографию с видом с вершины террикона. Сейчас шахты закрыты. Но почему так разбомблены?! Именно разбомблены, а не запущены. Как можно довести кирпичные сооружения за 20 мирных лет до состояния «после бомбежки»?! Без ответа. Картина еще более ужасающая, чем в центре города. Неужели в таком виде когда-то будут и наши типографии?!

Самый расцвет сланцевой добычи пришелся на 80-е годы. Тогда город Сланцы так процветал, что снабжался продуктами и вещами по повышенному уровню. Все, и я это помню, кто ездил в командировку туда – привозили дефицитные по понятиям Ленинградской торговли импортные шмотки. Уж не знаю – это гримаса истории или всегда так получается, но в момент самого расцвета и перспектив – начинается лавинообразный упадок! Закрылись шахты, население стало уезжать, цены на недвижимость рухнули, началась депрессия. У Сланцев закрепился имидж города, куда в 90-е годы «черные риэлторы» свозили питерских пьяниц, у которых обманным путем выкупали квартиры за бесценок. Рассказывали, что этот новоявленный контингент периодически пугал местных жителей такими сценами. Идет такой покачивающийся джентльмен по Сланцам, останавливает прохожего: «Любессьнейший, что-то не узнаю район. Не подскажешь, где блишайшая ссанция метро?» Потом этот контингент постепенно рассосался, а на окраине Сланцевского кладбища образовалась поляна с крестами без надписей – кто здесь лежит? когда родился? когда похоронен?..

Аналогично было в газетной полиграфии, когда в 2000 году тиражи газет достигли абсолютного максимума, а потом рухнули в преисподнюю. Фобия, что такой же сценарий ждет другие сегменты полиграфии остается. Я коллекционирую истории других отраслей, которые подверглись удару со стороны конкурирующих технологий, но выжили. Классические примеры – театр и радио. В какой-то степени - угледобывающая индустрия. Их потеснили с основных рынков, но они нашли новые и процветают.

Хочется, чтобы так же произошло и у города Сланцы. Он – на границе с Евросоюзом. Это уже хорошая предпосылка! Есть сланцево-химическая переработка на бывшем битумном заводе, который выжил в капиталистическое время. Ее можно усилить. Можно, наконец, сделать в центре города музей «Энтузиазма времен Советского Союза» под открытым небом и привлекать туристов. Надо думать.

Определенный рост виден в цементной промышленности. В качестве сырья – отвалы сланцевого производства, которые живописными терриконами разбросаны по всему району. Мы с Олегом посмеялись, что основной продавец цемента в районе фирма с близким сердцу полиграфиста названием «Heidelberg-цемент».

* * *

Следующий пункт на нашем «пути краеведа» был в селе Леонтьевском. Здесь до революции находилась усадьба некоего Ивана Тимофеевича Беляева. Сейчас остались отдельные старые деревья. Местные краеведы пытаются придать этому месту хоть какой-то статус, чтобы возродить парк. А история самого Беляева замечательная и мало кому известная. Он был русский потомственный офицер, закончил Михайловское артиллерийское училище в Санкт-Петербурге, дослужился до полковника, участвовал в Первой мировой войне, Брусиловском прорыве, Белой Добровольческой армии. Эмигрировал. И жизнь занесла его аж в Парагвай. Там он занялся гуманитарной наукой - изучением жизни местных индейцев. Но вдруг в 1932-ом году Боливия, которая была в три раза крупнее Парагвая, напала на соседа с целью присоединить лакомый кусок территории. Началась так называемая Чакская война. У Парагвая шансов на благоприятный для себя итог практически не было. Правительство попросило Ивана Беляева возглавить их вооруженные силы. И он согласился. Да так успешно их возглавил, что Парагвай вышел в войне победителем. Беляев стал национальным героем. Прожил в почете длинную жизнь, ему ставили памятники. На его похоронах 1957-ом году почести были уникальные. Замечательная история! Замечательных людей рождает Россия! Очередной раз начинаешь жалеть о потерянной Империи. И мысль, про которую хочется думать, что она верная: когда у человека хорошие помыслы – ему везет. И когда человек что-то умеет по настоящему – это кому-то пригождается.

Так же и в бизнесе – сколько типографий начинало на полукриминальной основе. И где они? Кто их вспомнит добрым словом? А хорошие, я не побоюсь этого слова, «чистые» типографии продолжают работать. Правда, исключения случаются…

И еще это село нас умилило своим творческим подходом. В селе не осталось зданий старых церквей – все снесли. И жители переделали под церковь местный магазин советского периода постройки :)

* * *

Двигаемся дальше. Забили в GPS-навигаторе следующую точку и поехали. Едем-едем по лесу, по кустарниковым полям, по каким-то узким проселочным дорогам. Населенных пунктов нет. И вдруг выскакиваем к железобетонным конструкциям гигантских размеров. В советское время здесь был коровник-миллионер. На 6000 голов. Построили его по заданию Компартии в исполнение Продовольственной программы (привет тем, кто ее помнит!). Почему Госплан решил, что его надо строить в этой глуши? Но дело было масштабное – как и должно было быть в стране победившего социализма и общего экономического маразма. Местные жители понимали, что такой размах – это бред, в этих местах самое выгодное – хуторское хозяйство. Но кто их спрашивал? Как потом нам объяснили, коровник сначала «сдали в эксплуатацию» к какому-то съезду на бумаге. Потом все-таки запустили производство в реальности. Но 6000 голов там никогда не было, рекорд - 3500 голов. Потому что оказалось, что в этом районе не хватает кормов для такого количества коров :) ! Какая неожиданность! А когда планировали и строили – отчитался об успехах не один десяток руководителей. Казалось бы, сейчас в частнокапиталистическом мире в такой маразм гигантомана никто не впадет. Ан нет! Есть примеры и в питерской полиграфии, когда в угоду собственного эго, некоторые бизнесмены размахивались на большие инвестиции и не справлялись с ними. Недавно прочел интересную цифру – заемные средства для инвестиций не должны превышать пятикратное значение годовой прибыли до расчета амортизации, налогов и процентов (так называемого показателя EBITDA). Простое правило. Если, конечно, в типографии кто-то считает эту самую EBITDA.

И опять-таки впечатлили нас не только размеры коровника – это несколько футбольных полей! Не только то, что помещение администрации коровника выстроено в шесть (!!) этажей. Это среди непроходимых лесов. Но и то, в каком состоянии находится это месиво бетона сейчас. Обычно старые здания что-то говорят посетителям о своей прошлой жизни через остатки деревянных частей, осколки стекол, части старой мебели. Здесь же ничего не осталось кроме свай и крыши. Даже бетонные поильники для коров затерлись. Молчит коровник, стыдно ему за кого-то.

Мы с Олегом обменялись мнением, что хочется, чтобы твое предприятие оставило какой-то положительный посыл будущим поколениям. Хотя бы как остатки парка в усадьбе Беляева.

* * *

Едем дальше. Навигатор ведет нас на берег речки Долгая. Мы подъезжаем к святому месту для православных верующих – Доложской пещере. По преданию здесь в XVIII веке произошло явление Богородицы, которая, ступив на камень, оставила на нём отпечаток стопы – следок. Этот божественный знак является святыней для многочисленных паломников. Помимо этого в Доложской пещере с начала 18 века жил монах-отшельник, который исстово молился, и от его молитв вода в небольшом пещерном источнике стала целительной. Поэтому рядом с Доложской пещерой, до революции была воздвигнут храм Успения Пресвятой Богородицы не малых размеров. Специально для строительства церкви был построен кирпичный заводик. Он выпускал кирпичи с клеймом «П.Д.У.Ц.», что означает «Пещерская Доложская Успенская Церковь». Кирпичный заводик был расформирован сразу после окончания строительства. А церковь взорвана в 1955-ом году по приказу местного директора совхоза. И место пришло в запустение. Но в 90-е сюда потекли паломники. Сейчас можно увидеть остатки фундамента, пещеру с источником, к которой ведет дорожка вымощенная кирпичами с маркировкой «ПДУЦ», красивые берега реки.

И… ощутить, как сказал Олег, «места силы». Хотите верьте, хотите нет, но мы эту «силу» ощутили. А уже, отъехав от этого места, обсудили, что есть такие объекты, которые возрождаются несмотря ни какие козни врагов. Как нужно создать и поднимать свое предприятие, чтобы оно жило и постоянно возрождалась? Я вспомнил свой сторителлинг про типографию «Любавич», которую некие сербские монахи с фамилией Любавич образовали в XVI веке в Венеции. Информацию про них я нашел случайно в интернете и придумал историю, что, мол, наша типография является правопреемницей той древней, сербской. Эту историю можно прочесть на нашем сайте. Кое-что мною выдумано, но большая часть – исторические факты. Хотелось бы, чтобы так было всегда. Ну нужна «сила». Как ее создать?!

* * *

Уже начало смеркаться, время подходило к концу, а мы прошли только 40 пунктов из 50. Забегая вперед, скажу, что были среди нас экипажи, которые отметились на всех 50 пунктах, и прибыли к финишу на три (!) часа раньше нас. Вот что значит профессионализм! В любом деле. Мы с Олегом утешили себя тем, что мы – профессиональные типографы, и наш успех в том, что нами возглавляемые типографии процветают уже третье десятилетие. А квест… - признаем, что здесь пока дилетанты. И вот мы прибыли в последний пункт – фермерское хозяйство «Приют Белоснежки». Это удивительное место и удивительные люди. На двух гектарах земли живут вместе и люди, и животные. Причем животные – главные. Они свободно ходят по территории, общаются между собой и с гостями. Здесь и экзотические животные типа верблюдов, страусов эму, северных оленей.

Есть хищники (они, правда, сидят в клетках) – волки, лисицы. Есть бурый медведь. Но большей частью – ослы, козлы, индюки, гуси, утки, курицы. Я чуть не купил милашку мини-пига (всего за 1000 рублей). Практически даром. И у «Любавича» сменю на логотипе шотландского терьера на маленькую свинку. Но все-таки я передумал: домашние меня не все поймут… Для сравнения – щенок енотовидной собаки стоит 25000 рублей. Сколько стоит павлин - мы не спросили. А он, как нам рассказали хозяева – лучший гидрометцентр. Пока павлин не распустил хвост – весна не началась.

Олег вышел во двор посмотреть животных, и вдруг к нему поднесся молодой конь и стал покусывать. Хозяева посоветовали дать ему отпор: «Ему два года, молодой еще. Подросток. Как с подростками надо поступать? Дать в морду!» Но потом оказалось, что технология работы с этим не так проста. В два года коня пора уже кастрировать, чтобы вел себя спокойно. Но хозяева заметили, что этот молодой самец приглядывается к ослице. И решили, что дождутся появления лошака, а потом уже кастрируют. Вот это я понимаю проблемы технологии – не то, что поиск баланса краска-вода при UV-печати! В общем, место интересное, советуем всем приехать туда с детьми на экскурсию.

* * *

И последний вывод. Мы поняли, что такое квест, и чем он похож на бизнес. И еще квест отличается от кросса – тем, что это игра. Есть азарт. А как нарисовал формулу успеха в свое время сам Эйнштейн – успех это сложение трудолюбия, отношения к жизни как к игре и молчания. Молчания – в смысле, меньше слов, короче, Склифосовский. У меня сегодня это не получилось. Сорри! Ну очень хотелось рассказать про наши с Олегом путешествия!! :)

 

Читайте на PrintDaily.ru

Максим Румянцев: Двое в кабинете

 

Подпишитесь на еженедельную рассылку

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Вы комментируете как Гость.